Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
12:48 

Воин Зеленого Дома

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Название - Воин Зеленого Дома
Автор - Огненный Тигр
Бета - Gabriel-Larka Gonzalez
Фэндом - Таный Город
Пейринг - Ортега/Милана
Рейтинг - джен
Заявка от Уильям Лоуфорд
Фандом: Королевский стрелок Шарп, Тайный Город, Дозоры.
Жанр: Романс.
Тип: Слеш или гет, в зависимости от фандома.
Пейринг:
Уэлсли/Шарп, Уэлсли/Лоуфорд, Витезслав/Эдгар, Сантьяга/Ортега, Ортега/Милана.
Рейтинг: Исключительно на усмотрение автора."

- Кто рискнет? Кто не выдаст меня?
План казался Всеславе почти идеальным, за небольшим исключением – не хватало исполнителя. Умелого, отважного, решительного и преданного лично королеве. Воины Люди были смелы и верны, но кто из них сможет по ее слову убить долгожданного Вестника?
Мечеслав ненавидит щенка не меньше, чем сама Всеслава. Он бы с радостью взялся за это, но ни один мужчина-люд не справится с Любомиром. Ей нужен маг.
Второе имя пришло на ум почти мгновенно, и красавица торжествующе улыбнулась. Пусть жрицы уже мысленно сняли ее с трона, пусть Чернояда – нахальная воевода Дочерей Журавля готовится к скорой войне, но у нее есть оружие, которое остановит Вестника. Оружие испытанное, смертоносное и верное.

- Ваше величество, вы звали меня?
- Да, Милана.
Рослая белокурая женщина поклонилась повелительнице и замерла, как грозная, хоть и красивая статуя.
- Сядь. Не на карауле.
Воительница подчинилась. Она знала, что королева при личных встречах не слишком следит за соблюдением этикета, но, как говорят рыжие, на субординации держится мир.
- Чернояда еще не устала молиться на Вестника?
- Все на него молятся.
- И ты?
- Я присягала вам. Вы сделали меня дружинницей. А что за вождь получится из Любомира, я пока не представляю.
- И никто не представляет, - негромкий голос Всеславы был полон тревоги, - Он опасен, очень опасен. И в первую очередь, для нас.
- Почему?, - Милана была одной из немногих понимающих истинное отношение ее величества к Любомиру. Но что так пугает повелительницу?
- Потому что настала пора, когда побеждает не палица, а дипломатия.
- Слова без оружия слишком легки, - пробормотала амазонка. Всеслава, казалось, этого не заметила.
- А Вестник – воплощение силы и ярости. Он слаб лишь внешне, в душе у него стремление уничтожить любого врага. И обучение не сдерживает его, наоборот, жрицы распаляют его жестокость. Для Любомира не будет никаких правил, никаких законов войны. Он никогда не научится пощаде. Милана, его надо остановить. Быть может, под властью Вестника мы победим и уничтожим всех соперников, но что-то умрет и в нас. Мы станем яростнее чудов и безжалостнее навов, - королева в волнении прижала руку к губам.
- Вы хотите, чтобы я его остановила?
- Да. Знаю, это страшно звучит, но иначе нельзя. Нет, не думай, что я хочу сделать тебя предательницей, имя которой проклянут в веках. Для всех Любомир умрет своей смертью. Это я устрою.
Милана молчала. Страх и отчаяние правительницы были неподдельными, но исполнить приказ... «Она доверила мне этот план. Я – ее последняя надежда.» «Она хочет, чтобы я убила Вестника. Наш шанс на прежнее величие». «Не слишком ли высока будет цена за величие?»
Заметив смятение воительницы, Всеслава мягко добавила.
- Я никогда не забуду твоей преданности.
Такой нежный голос. Королева не приказывала, она просила, почти умоляла остановить грядущее безумие. Дружинница склонила голову.
- Я все сделаю.
- Ты спасешь нас! И станешь моей защитницей, воеводой Дочерей Журавля.
Нет, нет, в словах ее величества звучала искренняя благодарность и доверие. Но на какой-то безумный миг Милане почудилось, что ее покупают, пусть не за деньги, за титул. Есть вещи, за которые не награждают.
«Всеслава не воин, ей трудно понять такое. Она просто хотела поддержать меня.»

Убитые горем жрицы покинули комнату. Никто из них не обратила внимания на стоящую у двери женщину. Одна из Дочерей Журавля несет караул у покоев ее величества. Эта девочка (как минимум три жрицы могли так назвать стражницу без всяких обид) даже не знает, что ей выпала честь охранять последний сон Вестника.
Милана проводила жриц взглядом. Королева наверняка захочет знать, не сомневались ли колдуньи в смерти своей надежды. Нет, их печаль непритворна – они идут так медленно, словно несут невидимый гроб.
Воительница крепче сжала пальцы на рукояти «журавлиного клюва». Скоро ее ход, а она... ей не хватает решимости. Не уверенности в собственных силах – выучка и боевой опыт в схватке значит больше, чем чистая сила, а именно решимости нанести удар. Убить Вестника. Надежду и безумие Люди. Тринадцатилетнего мальчишку.
Зов Всеславы вывел женщину из оцепенения. Собрав все свое мужество, амазонка шагнула в комнату.
- Десятница Милана – вернейшая из моих воинов. Она заберет тебя в убежище, где ты будешь в безопасности.
- Приветствую, - Любомир царственно кивнул дружиннице и вновь обернулся к королеве. Казалось, мальчик хочет ей что-то сказать, но не решается. Ох, какой же он слабый. Большинство юных людов в этом возрасте напоминали увальней-медвежат, а Вестника можно принять за девочку. И даже исходящая от него магическая сила не затмевала хрупкости.
- Не стоит медлить. До скорой встречи, мой маленький принц.
Голос королевы звучал чарующе и нежно... так же, как тогда, когда она просила защитить Зеленый Дом от грядущего. Любомир беспечно улыбнулся и вышел вслед за дружинницей.

- Нам еще далеко?
- Не очень.
На мгновение женщину посетило жуткое искушение – разогнаться и бросить машину в стену. Чтобы обоих насмерть. Милана отогнала глупую мысль. Как не издевайся над автомобилем, а аварию и она, и Вестник, скорее всего, переживут. Не ищи легкий выход, воительница.
«Бить в спину?» «Ты дала слово. Ты поклялась защитить Людь от кровавой вакханалии».
- Почему ты волнуешься?
- Что?
- Я чувствую такие вещи. Разве кто-то угрожает мне сейчас? Нас будут перехватывать?
- Уже нет.
Машина изящно скользнула в маленький дворик.
- Прошу.
- Это и есть убежище?, - протянул Любомир, разглядывая дом, - Такое скромное... Хотя оно и должно быть скромным, меня будут искать в палатах.
Интерес к новому месту стер его царственность, мальчик с любопытством осматривался. Милана прошла за ним, закрыла дверь, проверила защитные заклинания.
- Вестник, мне приказано вас убить.
- Кем?, - он отшатнулся, но не пытался атаковать. В изумрудных глазах подростка страх мешался с непониманием, - Тебя послали жрицы?
Дружинница покачала головой.
- Мечеслав? Но ты же служишь королеве! Кому нужна моя смерть?
- Тебя боятся. Никто, ни жрицы, ни королева, не знает, какую цену мы заплатим за полную победу над Чудью и Навью. Что ты принесешь нам.
Женщина чувствовала, что мальчик успел полностью приготовиться к бою, но нападать все равно не спешил.
- Ты про войну? Я тоже не знаю, что будет. И... не очень хочу воевать. Всеслава говорит, что это мое предназначение – принести смерть другим Великим Домам.
- Всеслава?!
- Да, она тоже моя наставница, они все об этом говорили. Подожди. Она тебя послала?
Казалось, Любомир сейчас упадет. Растерянность, дрожащий голос.
- Нет, нет, нет. Ты лжешь! Всеслава не могла... За что?!
- Поверь мне.
Пристальный пронизывающий взгляд.
- Верю. Ты не хочешь меня убивать. Где мы сейчас?
- У меня дома.
- Мне надо вернуться во дворец. Но тогда... Ярослава потребует ее казни.
- А из тебя опять сделают знамя войны.
- Я должен им быть.
- Ты должен сам решить, кто ты. Ты – Вестник, а не жрицы и не Всеслава.
- Она бы правила вместе со мной, - прошептал мальчик, - а сейчас... Мне некуда деться.
- Ты можешь остаться здесь. Все будут считать тебя мертвым, а ты получишь время, чтобы закончить обучение и разобраться во всех этих пророчествах. И когда ты вернешься, никто уже не сумеет превратить тебя в марионетку.
- Обещанное убежище?
- Да.
- Я согласен.
- Тогда я сейчас вернусь к королеве и сообщу, что ты убит. Но на клинке должна быть твоя кровь... Веришь мне?
Пауза.
- Да.
- Вытяни руку.
Несмотря на поразительное для мальчишки самообладание, Вестник вскрикнул, когда кинжал оставил длинный разрез на плече. Тем лучше – Всеслава увидит страх и боль. То, что и хочет увидеть.
Убрав оружие в ножны, дружинница достала эрлийский бальзам.
- Это лекарство? Не надо.
Вообще-то удар «журавлиного клюва» серьезно мешал магическим способностям, но Любомир спокойно залечивал рану.
- Лучше бы ты поберег силы, - поморщилась женщина, - сейчас тебе надо прервать связь с Колодцем Дождей. Иначе королева почувствует, что ты жив.
- Я не подумал... Хотя здесь же есть артефакты. Я могу взять энергию из них.
- Действуй. Дом в твоем распоряжении.

Явившееся в покои Всеславы существо можно было бы принять за искусно сделанного голема. Ровный четкий шаг, движения опытного воина и абсолютно ничего не выражающие глаза. От кинжала на боку тянуло кровью и болью, от женщины – запредельной усталостью.
- Ваше величество, Вестник мертв.
- Я знаю, это было нелегко, но мы не могли иначе. Спасибо тебе, Милана.
- Тяжелый бой?, - понимающе прогудел Мечеслав.
Дружинница оскалилась, как моряна.
- Один удар. Он не ждал нападения от своих. Вот оружие.
- Оставь артефакт себе, - ни за какие блага мира Всеслава не взяла бы «журавлиный клюв» в руки.
- Да, ваше величество. Я могу идти?
- Конечно.
- Злата должна сменить меня на посту через шесть минут. Если я не займу свое место..., - недоговорив, дружинница вышла из комнаты.
До смены караульных оставалось не шесть минут, а все полчаса, но быть рядом с королевой Милана больше не могла.

Дома царило спокойствие. Любомир крепко спал, свернувшись на диване – усталость взяла верх над переживаниями. На щеках виднелись высохшие дорожки слез. Тихо, чтобы не потревожить мальчика, женщина накрыла его пледом и ушла в свою спальню.
Как любила говорить Бронислава, самая старшая из Дочерей Журавля, «Девки, если рассвет настал, значит, все еще не так паршиво». Наверно, только сегодня дружинница сумела полностью понять ветераншу. Королева хотела смерти Вестника. Мудрые жрицы, причем вместе с той же Всеславой, старательно превращали мальчишку в воплощение войны. Сама Милана предала свою повелительницу, не исполнив приказ и солгав. Но утреннее солнце смотрит в окно, и жизнь продолжается.
- Доброе утро, Любомир.
- Доброе. Я вчера не дождался тебя.
- Вот и хорошо, тебе нужно было отдохнуть.
Продолжая общаться, женщина готовила завтрак. Домашняя работа ее никогда не пугала, наоборот, позволяла отвлечься от серьезных забот.
- Что во дворце? Всеслава поверила?
- Да. Тебя не будут искать.
- И что она?
Милана запнулась. Что действительно выражало бледное напряженное лицо королевы? Всеслава не раскаивалась, но и не радовалась исполнению приказа. Мечеслав улыбался, королева – нет.
- Она спрашивала, как я погиб, где?
- Ей было страшно спросить, - медленно произнесла воительница.
- Все-таки жалела. Но зачем тогда...?
На миг в голосе прорезались истерические нотки, но Вестник взял себя в руки.
- Как теперь будет со мной? Я могу беречь силы, но рано или поздно потянусь к Колодцу, и Всеслава меня почувствует.
- Не думаю. Энергией Колодца Дождей пользуются все наши колдуньи, да еще и челы. Насколько реально отслеживать каждого?
- Я – не каждый. Со временем я смогу взять Источник под контроль полностью, - мальчик говорил без бахвальства, просто сообщал факт.
- А аккуратно к нему прикоснуться ты можешь? Хотя... да проще тебе лицензию достать!
- Как?
- Смотри, это у нас мужчин-колдунов нет, полукровки или челы порой владеют магией. А тебя, уж извини, можно принять за мешаную кровь. Если ты сумеешь пригасить свои способности, чтобы любого мага не встряхивало от твоего приближения, то пройдешь регистрацию без особых проблем. К парням-челам никто не приглядывается.
- Пригасить – так?
Женщина чуть не выронила кружку. Только что от Любомира исходило ощущение огромной мощи, а теперь дружинница с трудом прощупывала у паренька хоть какой-то дар.
- Впечатляюще.
- Это не трудно, обмануть жриц было сложнее, - Вестник гордо улыбнулся, - мне нравится твой план, вот только, - взгляд опять стал серьезным, проницательным, - ты ведь не служишь мне. Жрица Ярослава была со мной почти с рождения, учила меня, но никогда не забывала, кем я стану, а ты говоришь как с равным. Я для тебя не правитель.
- Пока – да. Тебе многое дано – ум, самообладание, невероятный магический талант, ты сможешь стать хорошим вождем. Но станешь ли ты им, я не знаю.
Подросток скривился. Милана решила, что он оскорблен недоверием, но Любомира тревожило не только это.
- А если ты не веришь в пророчество Изары, то почему не выполнила приказ? Я пока для тебя ничего не значу.
- Потому что нельзя бить своим в спину!, - рыкнула дружинница. На несколько мгновений она замолкла, потом уже спокойней продолжила, - Есть средства, которые не оправдает никакая цель. Если ты спросишь об этом рыжих, они скажут, что такие средства бесчестны. Нав назовет их бессмысленными и грубыми. Мы говорим: «замучает совесть». А суть почти одна. Если ради великой цели ты идешь на подлость, может, ты добьешься цели, но в твоей душе останется комок грязи. А жить с помойкой в сердце никому не хочется.
- Ты честная.
- Я – воин, мне положено. Ладно, надо продумать план с лицензией. Лучше это дело не затягивать.

- Вперред! Рада, отстаешь!
Конечно, никакие тренировки и никакие состязания не сравнятся с настоящим боем, но Дикая Охота - традиционное женское соревнование Зеленого Дома по сложности испытаний приближалось к сражению. Особенно осеннее, когда под ногами скользят листья, а из-за тумана в десяти шагах ничего не видно.
Дружинницы мчались как гепарды. В отличие от чудских турниров, где основой была сила, «Дикая охота» требовала от участниц маневренности, умения мгновенно ориентироваться, различая, где свой, где враг, и выносливости. Одним ударом можно выиграть поединок, но в бою победит тот, кто выберет лучшее место и дольше продержится.
- Не спать! Уходим к реке!
Молодцы, девчонки, правильно среагировали – не на крик, а на вскинутую руку. Десятнице меньше всего хотелось увести отряд на берег, где щедро рассыпаны ловушки. Пусть их другие собирают.
В этот раз у десятки Миланы были все шансы на победу. За четыре столкновения ни одной «потери», и если сейчас они займут удобную поляну, то смогут отбиваться до конца. Вот только за ними шли те, кто способны легко опередить дружинниц – вместе с отрядами Дочерей Журавля в состязании участвовали команды белых морян. Учитывая, что применение заклинаний было строго ограничено, оборотни соревновались практически на равных.
«А может, - десятница отчаянно мечтала о передышке, - и с преимуществом. Колдовать они не умеют, зато в беге им равных нет. Если наши преследовательницы не обманутся, то на поляне они будут первыми, а нам придется их выбивать.»
Туман расступился, открывая заветное место. По полянке лениво бродила «стража» - големы. При появлении дружинниц куклы оживились, но решительная атака просто смела охранников. Правда, не без потерь – Милорада умудрилась подставиться под удар. Теперь «жертва битвы» сидела в стороне, наблюдая за подругами. Милана со злостью поняла, что завидует вышедшей из игры девице.
- Не расслабляемся. Три отдыхают, шестеро ждут гостей, меняемся по команде.
Спустя две «пересменки» и одну вяловатую атаку – моряны не столько пытались захватить «крепкое место», сколько согревались – раздался сигнал «настала ночь». Состязание закончилось.
- Итого за нами шесть артефактов (четыре отряд отыскал самостоятельно в ходе первого этапа, еще два добыли в стычках), занята Крепость Леса. Одна потеря, одна «легкораненая».
- А про меня можно и не сообщать, - буркнула Веселика, растирая подвернутую лодыжку.
- И одна легкораненая, - с нажимом повторила Милана, - итого... Девчонки, все очень даже неплохо.
- У Яманы семь артефактов, - донеслось из кустов, - Стражи крепости, питьем поделитесь?
- Выходите – поделимся. Кстати, как ваши успехи?
- Да никак, - одна за другой оборотни выскальзывали на поляну. Кто-то уже скинул боевую шкуру, кто-то еще щеголял в хвостатом обличье, - в первой же схватке минус половина команды. Вот мы и мотались всю Охоту, другим нервы портили. Хоть повеселились.
- А где сейчас отряд Яманы?
- Вроде в Речной Крепости, если их не выбили. Но они точно потеряли двоих на ловушках.
Хотя все крепости считались равноценными, каждая имела свои особенности. Холмы – это схватка со стреляющими големами, Лесная – долгий запутанный путь и ближний бой, а Река – подход с ловушками. Вот почему Ямана не спешила обгонять дружинниц: чтобы десятка Миланы прошла перед ними, расчищая западни. Ну-ну.
Из тумана появились две женщины в кожаных доспехах Дочерей Журавля. Старшая, воевода Чернояда, на ходу отчитывала красавицу Воляну, командира одного из отрядов. Та молча кивала, хотя, судя по гримасе, ей очень хотелось послать надоедливое начальство в долгое путешествие.
- И чтоб больше такого не было, - завершила свою речь воевода, подходя к крепости. Все «живые» бойцы десятки немедленно поднялись на ноги. Чернояда с каменным лицом выслушала рапорт Миланы, осмотрела добытые артефакты и проследовала дальше, к морянам. Воляна задержалась рядом с дружинницами.
- Вы хорошо выступили.
- Спасибо. С чего начальство бесится?
- У меня в отряде две дуры без «дырок жизни». Смелые они, рисовались друг перед другом. А я не проверила.
- Дуры, не иначе.
Теоретически состязание считалось малоопасным – чтобы победить врага, достаточно было забрать оружие, а атакующие заклинания запрещались, но на практике участницы нередко попадали к эрлийцам. Милана закончила свою первую Охоту со сломанной рукой – какая-то моряна постаралась.
- Проверенные – к общему сбору, - рявкнула воевода.
Через некоторое время все команды собрались на опушке леса. Чернояда оглядела уставших, промокших под дождем бойцов. Впрочем, жалким открывшееся зрелище все равно не было – тренировки давали о себе знать.
- Итак, третье место – десятка фаты Брониславы.
Ветеранша сдержанно усмехнулась. Интересно, которое это для нее соревнование.
- Второе место – команда «Амурский тигр», командир – Ямана.
Синеглазые оборотни радостно взвыли.
- Победительницы Дикой Охоты – десятка фаты Миланы.
- Молодцы!, - Воляна обняла подругу, - Теперь праздновать?
- Нет. Я домой. Устала как собака, если честно.
- Ну дело твое. Нелюдимой ты становишься, вот что.
- Зато у нее порядок, а у тебя одни танцы да концы в голове!
Пока несчастная десятница выслушивала очередные наставления воеводы, Милана тихо улизнула.

Стоило открыть дверь, как изнутри повеяло почти банным жаром. Женщина поморщилась. Вестник опять превратил дом в парилку, впрочем, пускай. Холода мальчик не переносил.
Летом после одной фехтовальной тренировки он решил вслед за наставницей облиться водой. Хотя августовское утро было удивительно теплым, Вестника буквально скрутило судорогой. Перепуганная Милана помогла ему растереться, закутала и напоила горячим сбитнем, но мальчика еще час трясло. На сем закаливание кончилось.
- Привет! Как ты?, - в проходе возникла хрупкая фигурка.
- Первое место.
- Поздравляю. Но мокрая, как мышь. Переодевайся, сестренка, я пока чай сделаю. И... прости за книжку.
Мириться решил. Утром, когда она уходила, Любомир демонстративно даже головы не повернул. Сидел, уткнувшись в тетрадь, что-то чертил.
- Ладно, забыли, - если честно, дружиннице вообще дела не было до печальной судьбы человской сказки, но за вчерашнюю выходку шею она воспитаннику намылила. Жаль, не успела среагировать вовремя, уж слишком быстро, а главное, глупо все произошло – мальчик даже не открыл взятую с полки книгу. Рассмотрел обложку, подбросил и ударил «эльфийской стрелой». На пол упал тлеющий переплет.
- Чем тебе этот де Сент-Экзюпери не угодил? Решил, что чуд?
- Нет. Маленьким принцем меня звала Всеслава. Извини.
- Забыли.
Через полчаса мир был окончательно восстановлен. За чаепитием Милана пересказывала события Дикой Охоты.
- Говорят, самое веселье возле Холмов случилось. Там три отряда одновременно разбирались между собой и пытались штурмовать Крепость. В итоге никто ничего не взял, а самой умной оказалась Бронислава, просто отведшая своих в сторону. И бойцов сберегла, и трофеи.
- Я вам завидую, - непонятно, дурачился Вестник или говорил всерьез, - Если б я мог..., - он прикрыл глаза и начал легкими уверенными жестами создавать в воздухе картинку: по золотому осеннему лесу бежали девушки в кожаной броне. Струи дождя только подчеркивали отточенность их движений.
- Слишком ярко. Ты забыл про лужи, - проворчала дружинница.
«Мираж» изменился, по земле расстелилась смесь побуревших палых листьев и грязи, женщины уже не летели, а прорывались сквозь туман. Но зрелище было завораживающе красивым.
- Завидую.
Он плотнее закутался в балахон. Милана впервые почувствовала, как Любомир переживает из-за своей слабости.
- Не раскисай, братишка. Зарядку делаешь, фехтование не забрасываешь?
- Конечно.
- Значит, со временем окрепнешь. Светлорада тоже ростом мне по плечо, а дерется как моряна.
- А холод? Я бы там, наверно, свалился после первой лужи.
- Ты всегда так мерз?
- Почти. Раньше было легче. Может, если б я дотянулся до Колодца полностью..., но этого нельзя. Кстати, ты очень устала?
- Не слишком.
- Тогда проверь одну вещь. Я уже третий день ногти грызу.
Так, начались занятия. Старательность ученика женщину и радовала, и слегка пугала. Он изучал и экспериментировал с поразительной для юного возраста сосредоточенностью. И щелкал задания как орешки.
«Скоро ему будет не нужна моя помощь.»
- Вот, смотри.
Милана вгляделась в неровные строчки. Вроде бы стандартная работа с перемещением предмета, но зачем так много заклинаний. Хватило бы одного. Или...
- Ты этот несчастный столик оживлять собираешься? Зачем?!
- С живым мне проще работать, - ответствовало юное дарование.
- Ну тогда.. иди от другого. Не пытайся перемещать каждую ножку отдельно, ты его так разломаешь. Попробуй влить энергию в саму вещь, создать маленький артефакт и потом управляй им. А, есть книга на эту тематику, работа фаты Снежаны «Неординарные големы». Про мебель там, правда, не говорилось, но летающий ковер точно был. Искать на третьей полке.
Изящный томик-награду за похвальное усердие с выпускного сама дружинница толком не осилила, по крайней мере, в тонкости вникать не стала. Слишком сложный занудный стиль изложения – автору бы эрлийкой родиться, да и деталей многовато. Но женщина чувствовала, что Любомиру книга понравится.

Сирень – нередкая гостья в московских двориках. Но эта росла особенно пышно, сейчас белые ветви, словно шатер, накрывали скамейку. Здесь любили сидеть влюбленные, но парочка, скрытая цветочным пологом сейчас, говорила вовсе не о сердечных делах.
- Почему я не могу вернуться немедленно? Мне надоело скрываться! Я покупаю энергию Колодца, хотя должен владеть ей по праву рождения! Нет, я вернусь!
Любомир нервно стиснул рукоять кинжала. «Журавлиный клюв», сотворенный Всеславой против него. Когда ему казалось, что он с чем-то не может справиться, когда страница фолианта представлялась неприступным бастионом, Вестник шел к оружейной стойке и смотрел на клинок. Смотрел, набираясь сил для учебы и для мести. И на важный разговор взял оружие с собой, чтобы ни на секунду не потерять решимость.
- Вернуться – зачем?, - Милана спокойно разглядывала цветущую ветвь. Естественно, она заметила кинжал на поясе, но только усмехнулась.
- Чтобы исполнить пророчество, - твердо сказал подросток, - Я займу трон Люди, как мне предназначено.
- А дальше?
Пальцы сжались еще сильнее. Дальше он убьет Мечеслава, вызовет и убьет. И прикажет казнить бывшую королеву. Нет, только не так. Может, увидев его не мальчишкой-учеником, а правителем и воином, Всеслава полюбит его?
- Так что дальше?
Высказывать идеи мести не хотелось. Любомир прекрасно понимал, что названую сестру интересует не смерть одного барона и даже не судьба правительницы.
- А что должно быть?, - детская уловка, но она позволит ему выиграть время для раздумий, - Пророчество Изары ты знаешь сама.
- Пророчество – это еще не все.
- То есть?
- Смотри, сын барона наследует власть в домене по праву родства. Но к тому времени, когда он перенимает титул, дружина уже знает, чего от него ждать. Храбр он или осторожен, умен или безрассуден. Если он окажется совсем дурным вождем, титул передадут младшему сыну. Бывало, что вместо дурака-единственного наследника власть брал самый уважаемый воин дружины.
- Как с бароном Велеславом? Крутобор забрал у него титул, но потом передал домен сыну барона.
- Именно. У женщин право крови вообще ничего не значит. Воляна – дочь повелителя Перовского домена, я – из семьи простого дружинника, но мы обе стали десятницами Дочерей Журавля.
- Но сейчас обер-воеводой сделали ее.
- Чернояда меня не особо любит, а происхождение здесь не причем. Мы доказываем свое право на звание. И Всеслава проявила себя, чтобы стать сначала жрицей, а потом королевой.
- Ее знают и ей верят. Кто-то стоит за Ярославу. А я – темная лошадка?
- Да. Ты очень молод, ты пока ничего не совершил. Легенда о Вестнике – это красиво, но от юноши Любомира потребуют, чтобы он проявил себя. Прежде чем занять трон, ты должен сделать так, чтобы люды пошли за тобой. Не за пророчеством , за тобой.
- А мой дар?
- Важен не талант, а то, что ты дашь Зеленому Дому.
Пару минут Вестник зло ковырял каблуком сапога землю. Потом медленно произнес::
- Самое простое, что я могу сделать – проявиться и призвать к войне против Чуди и Нави, как и сказано в пророчестве. Тогда за мной пойдут. Но... не уверен, что это правильно. Я подожду.
Милана молча склонила голову. Подросток нахмурился, ожидая подвоха, но дружинница была серьезна.
- Только не говори, что увидела во мне повелителя.
- Еще нет. Но первый шаг ты сделал.
- Ладно тебе. Лучше расскажи, с чего у вас обер-воевода меняется.
«Расскажи о...» было постоянным рефреном их разговоров. Любомир не рисковал общаться с жителями Тайного Города и узнавал их жизнь либо по книгам, либо по словам названной сестры.
«Я должен знать тех, с кем, возможно, буду воевать. Но еще лучше я должен знать тех, кем буду править.»
- Красава уходит в Белые Дамы. Говорит, что устала от войны, да и возраст уже поджимает. Старше ее в дружине только Бронислава, но эта и умрет в кожаной броне.
- В Белые Дамы, - подросток со стыдом понял, что толком ничего о них не знает – как то не интересовался, - Жить отшельницей в лесу? Невеселая судьбы для воительницы.
- Она сама ее выбрала. И может, не так им и скучно – Белые Дамы общаются с природой напрямую. Они даже силы берут не из Источника, а от самой земли.
- И для этого надо жить в лесу?
- В лесу надо жить, чтобы тебе на нервы не действовали. А как у них с энергией получается, я не представляю. Не с моим характером деревья пасти.
Милана рассмеялась, но осеклась, заметив прищуренные глаза мальчика. Вестник явно что-то обдумывал.
Перебираться в дикую чащу Любомиру, стопроцентному горожанину, не хотелось. Он мог отыскать в лесу еду, знал повадки зверей и птиц и немного умел читать следы, но на это способен каждый ребенок. А вот жить без книг и компьютера и встречать зиму во всей красе... Спасибо. Но освободиться от Колодца Дождей – это заманчиво.
- Поедем сегодня на прогулку?
- Давай, погода хорошая.
- Мне надо кое-что попробовать.

«Где ты?»
Глупо, но факт: десятница волновалась. Если раньше братишка был абсолютно домашним существом, то теперь часто уходил бродить по городу. Но не на целый же день! Куда его занесло?
«Не становись клушей! Он не ребенок, чтобы ты следила за каждым его шагом. И сейчас заметить его намного сложнее.»
Май выдался теплым. Солнце щедро дарило свои лучи, и горожане поспешили одеться по-летнему. На беловолосого подростка в плотном шерстяном свитере под горло многие посматривали с удивлением, но задумавшемуся Вестнику было не до чужих взглядов.
«Я сумел освободиться от Колодца Дождя. И ничего не могу сделать с собственной слабостью.»
За год он совершил невозможное: научился брать энергию от природы, не уходя из города. Теперь ему хватало сил, но холод по-прежнему сжимал тонкое тело. И к тому же… Любомир заметил свое отражение в витрине и недовольно отвернулся. «Дохляк!»
Настроение портилось с каждым шагом. Яркие весенние улицы не радовали, казались аляповатыми. Дурацкая прогулка, дурацкий район…
Огромная реклама с полуголой блондинкой зазывала в кино. Вестник презрительно усмехнулся, рассматривая человскую девицу. И эту курицу они считают эффектной? Рядом с Всеславой любая их Мисс мира – просто уродина.
Всеслава…
Рука упала на скрытый мороком кинжал, в ушах отдавались тяжелые удары сердца. Любомир прикусил губу, чувствуя как рвутся наружу боль и ярость. Нет!
«Тупое бешенство хорошо для рыцаря-узурпатора. Воин Люди умеет думать. Надо успокоиться.»
Он пересек улицу и скрылся в аллеях незнакомого парка. Выбрав место потише, прижался к старому дереву, вцепился, царапая пальцы о жесткую кору. И замер.
Сила приходила не сразу. Сначала притихло сердце, забилось в унисон чему-то огромному и спокойному. В общем-то Вестник не собирался брать энергию в чужом месте, сейчас он искал именно единения с природой. Пронзительной чистоты и горечи, по сравнению с которой отступало все.
- Спорим, он наш?
- Не, цивил. Я его тут еще не видел.
- Цивилы с деревьями не обнимаются.
Любомир обернулся на голоса. Сразу после медитации он с трудом воспринимал окружающий мир, поэтому и подпустил компанию так близко. Обычные челы, восемь штук. И кажется, они чего-то от него хотят.
- Ты наш или нет?
- А вы – это кто?, - прищурился колдун.
- Гондорцы. Они – рыцари, я – маг. Не Гэндальф, просто светлый волшебник.
Прежде, чем чел договорил, Вестник уже просканировал его, а затем и остальных ребят. Дар оказался только у одной из рыцарей, нежно прижавшей к себе гитару.
- Ты маг?
- А ты все-таки цивил, хотя здорово на эльфа похож. Или просто новенький?
- Ну да, - кивнул Любомир. Сумасшедшие челы его заинтересовали.
- Тогда пошли с нами, я все расскажу. Кстати, дети Нуменора, покажем новичку знамя команды?
Ребята гордо развернули вышитый флаг.
- Красивый светильник.
- Не светильник, а Белое Древо Гондора! Ой, блин, сколько же тебе объяснять придется. Ладно, не дрейфь, все такими были. Ты идешь?
- Иду.
Через несколько минут Сергей-маг толкнул локтем менестреля Наташу и шепнул:
- Спорим, он себя вспомнит эльфом. Или ведьмаком.
- Потому что волосы белые?
- Нет, присмотрись. Вернее, прислушайся.
Новичок шел абсолютно бесшумно.

Когда открылась дверь, Милана спокойно раскладывала пасьянс. Она не собиралась показывать воспитаннику, насколько волнуется за него.
«Еще не хватало – сделать из него маменькиного сынка.»
- Привет, братишка. Где носило?
- В Эгладоре.
- Где?
- В Нескучном саду. Там ребята забавные.
Любомир прикрыл глаза, вспоминая новых знакомых. Как они фехтовали – умереть со смеху можно было. Как рассказывали о магии, о силе стихий, о войне Света и Тьмы. Первые пять минут рассказа он лихорадочно пытался понять, где компания достала сведения о битвах асуров с навами. Потом бросил переводить их истории на реальность.
- Забавные, но хорошие. Предлагали меня фехтованию научить.
Вестник вежливо отказался. По сравнению с сестрой он был отвратительным бойцом (без магии, естественно), но там... Ребята бы сильно удивились.
- Да кто они?
- Челы обычные. Называют себя гондорцами. Там еще другие команды есть, но я пока с ними не познакомился.
- Ты водишься с челами?, - нахмурилась женщина.
- А что? Там меня хотя бы некому просчитать. Спокойней. И еще, они в парке собираются, а не по барам сидят.
Много людей в замкнутом пространстве наводили на Любомира тоску.
- Понятно. Есть хочешь?
- Как волк.
- Обед на столе.
«Мальчику нужна компания сверстников. Вот и нашел. Ладно, это игрушка ненадолго. Он быстро взрослеет, скоро эти ребята для него станут скучными.»

Комментарии
2009-04-25 в 12:53 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
«Ласвегасов» Ортега недолюбливал. Нет, они действительно профессионалы, но это не повод превращать кабинет в бедлам и маяться дурью на службе. Вот и сейчас аналитики возбужденно обсуждали какую-то статью. Вошедшего они попросту не заметили.
- Трудитесь?, - яда в голосе помощника комиссара хватило бы на пару черных морян.
Тамир Кумар, осторожный, как и подобает шасу, мгновенно бросился к второму компьютеру с фразой:
- Как раз проверка закончилась.
Его напарник, Доминга даже не пытался изобразить бурную деятельность.
- Присаживайтесь. Нам пришло новое задание? Кстати, не хотите побыть экспертом?
Мальчишке явно не давали покоя лавры Сантьяги. Ортега поморщился. Беда не в том, что есть франт в белом костюме – одного франта Навь переживет. Беда в том, что каждый молодой дурак по мере сил старается ему подражать. Вот, пожалуйста: юный гений, считающий, что субординация не для него писана. Увы, комиссару ничего не объяснишь, но молодое дарование пора бы приструнить.
- Экспертом по пасьянсу? Или по стрелялке?
- Нет, по статье.
- Мы, между прочим, наблюдаем за происходящими событиями, - буркнул Тамир.
- Что там у вас?, - помощник комиссара подвинул молодого нава и склонился над столом, изучая статью.
«Волшебство в Подмосковье» представляло собой рассказ о ролевой игре. Продравшись через восторженные описания битв и менестрельских турниров, Ортега наконец добрался до главного:
«А ночью старая береза – наше Белое Древо – засияла. Наверно, на нее слетелись удивительно яркие светлячки, но выглядело это настоящим волшебством. И даже казалось, что эльф-следопыт, позвавший нас смотреть, сам его наколдовал.»
Фотографии прилагались. Дерево действительно светилось красиво – не простой «мираж»-иллюминация, а нечто более тонкое.
- Это и есть объект для экспертизы? «Мираж» уже определить сложно? Молодцы.
- Сложно определить его автора, - Доминга вывел на экран другое фото. Невысокий светловолосый юноша, видимо, тот самый «эльф-следопыт», - По-вашему, парень чистый чел или полукровка?
- Люды у него в родне точно есть, - судя по оживившемуся шасу, «ласвегасы» успели поспорить, и, скорее всего, на деньги.
- Полукровка, - уверенно подтвердил помощник комиссара.
Молодой колдун не мог оказаться чистым людом, да и слишком он для них изящен. Но ярко-зеленые, изумрудные глаза выдавали родство.
Тамир потер руки.
- Ну что, друг мой, съел? Раскошеливайся.
- Нет уж!, - нав-предсказатель застучал по клавиатуре, - Вот сейчас мы все и проверим.
- Машину не испорти, - за компьютеры отвечал шас, его напарник склонностью к технике не отличался. Впрочем, запустить поиск по базе данных он сумел. Ортега наблюдал за всей этой суетой, стараясь настроиться на философский лад: каков Сантьяга, таковы и его протеже. Иначе терпеть подобную безалаберность сил не было.
- Нашел! Читай, Тамир.
Поиск по фотографии вывел на старую регистрационную карточку Зеленого Дома. Леонид Соколов, чел, 13 лет.
- Ну и? Где ты видел, чтобы при регистрации учитывали мешаную кровь?! И вообще это не он, смотри, глаза другие..
- Что, твоя техника подвела?
- Пустите меня, - холодный голос старшего нава заставил «ласвегасов» посторониться. Ортегу заинтересовала вторая всплывшая фотография с этим же лицом. Что юный чел, а уж тем паче, полукровка мог делать рядом с жрицей Ярославой, известным борцом за чистоту расы людов? А мальчишка не просто случайно оказался возле старой жрицы, они явно о чем-то говорили.
- Распечатайте мне эти три снимка.
Получив фото в руки (помощник комиссар умел работать с новомодной техникой, но в особо важные моменты предпочитал более привычное), он разложил их по времени. Разговор со жрицей – совсем ребенок, лет десяти. Вроде бы невзрачный, но глаза запоминающиеся, яркие. Слишком яркие, у мужчин людов они обычно мутно-зеленые. Карточка – усталое лицо, тусклый взгляд. И снимок к статье – опять сияющие изумрудные глаза. Глаза мага.
Чистокровный люд. Колдун. Вестник.
Ортега молча встал и вышел из кабинета, забрав с собой портреты. «Ласвегасы» переглянулись.
- Я же говорил, что предсказание было верным. Это не мешаная кровь, а люд.
- Но ты первый сказал, что ошибся. Что такого не бывает.

«Меня даже не услышали.»
Сейчас помощник комиссара сам мог сойти за эльфа. За очень злого эльфа – заостренные уши у навов были признаком бешенства. Подобного унижения он не переживал давно.
«Надо было поступить по субординации и спокойно доложить все командиру. Но ты захотел, чтобы тебя услышали все, честолюбие взыграло. Вот и получил.»
Нет, его доклад выслушали. Советники и Сантьяга рассмотрели снимки. А потом начались язвительные комментарии. Утонченно-вежливые, но очень больно бьющие.
Ортега тихо зашипел, вспоминая эти фразочки.
- Но ведь ваше расследование выяснило, что Вестник умер.
«Инсценировка смерти – просто невероятная вещь. Ее никто никогда не применял."
- Если перед нами действительно Вестник, что он делает в компании челов?
«Да потому что он – не только грозное оружие Зеленого Дома, но и вполне живой люд. Молодой парень, которому нужны развлечения. Вы серьезно считаете, что Вестник должен двадцать четыре часа в сутки продумывать войну?»
- Зеркало Нави не предвещает изменений в балансе сил.
«Сегодня не предвещает. И завтра. И через два года. А через три по нам ударят.»
Он не мог ответить так, как хотелось, как заслуживали сии комментаторы. В отличие от некоторых, помощник комиссара не забывал о субординации. Приходилось глотать вежливые насмешки и отстаивать свою правоту. Он показал, что в тот же год, когда умер Вестник, в Зеленом Доме зарегистрировался человский маг Леонид Соколов, мальчик, покупавший энергию, но никогда не проходивший колдовское обучение.
- Слабый фокусник – полукровка. Комиссар, у вас есть сведения о мобилизации Люди?
- Особой активности не заметно.
«Конечно, Сантьяга всеведущ. Любая опасность для Нави прежде всего звонит комиссару и сообщает о себе.»
Ортега объяснял, доказывал, приводил информацию. Пока не услышал:
- Гаркам всюду мерещится война. Не стоит тревожить Князя нормальной для воина паранойей.
Вот тогда он отступил. Понял, что его просто не слышат. Ты – боец, твое дело – исполнять приказы, а не предотвращать проблемы. Этим займутся другие, более умные. Только нужные сведения случайно попали в руки именно ему, а Советники не желают стряхнуть пыль с ушей.
- Ортега?
- Да, комиссар, - голос был спокоен. Дисциплинированный боец не позволяет чувствам вырваться наружу, – Один вопрос: вы тоже считаете мой доклад параноидальным бредом?
- Не уверен, - Сантьяга поправил галстук, - Вроде бы причин для беспокойства нет. Однако... я не буду против, если вы продолжите расследование.
«Ясно. Мне высочайше позволили маяться дурью на рабочем месте – кто-то режется в стрелялки и заключает пари, а кто-то разыскивает человских магов. У каждого свои развлечения.»
Самым разумным было плюнуть, отойти в сторону и подождать, пока беловолосый колдун не заявится к Советникам в гости. Но... Я – гарка, господа. А гарки не отступают. Мы можем отойти, разведать местность, изучить противника. Но дезертиров среди нас не было.

Итак, что у нас есть? Ортега задумчиво перетасовал бумаги. Фотографии, листы с записями – разрозненные кусочки, никак не желающие сложиться в стройную картину одной судьбы. Судьбы Вестника.
Зеленый Дом постарался скрыть и рождение, и смерть своего обещанного правителя. Но кое-какая информация все равно расползалась по дворцу, а когда принц умер, некоторые не считали нужным держать язык за зубами. Например, фея Лана, ученица и помощница жрицы Ярославы. Навскому шпиону пришлось долго развлекать красавицу, прежде чем она разговорилась, но сведения стоили трудностей. Да и молодой нав тоже не в обиде: две недели гулять с хорошенькой девушкой, причем за чужой счет. Экономный помощник комиссара поморщился, вспомнив о затратах на «операцию», и вернулся к изучению бумаг.
Первая часть биографии Любомира прояснилась. Семилетнего мальчика-колдуна Ярослава привозит в Москву и представляет остальным жрицам и королеве. Дальше Вестника воспитывают и готовят в соответствии с его предназначением, но держат его появление в тайне. Только через шесть лет о нем сообщают баронам, и в тот же год Любомир умирает. По словам Ланы, сиречь, по мнению ее начальницы, его убила Всеслава, но так хитро, что не нашлось никаких доказательств.
Уровень инсценировки впечатлял – чтобы обмануть жриц, надо очень постараться. Но в любом случае, смерть была мнимой, Вестник скрылся где-то в Тайном Городе, и сейчас зарегистрирован как чел Леонид Соколов. Да, проверки по этому челу ничего не дали – мальчишка исправно платил за энергию, на сем сведения о нем заканчивались. Впрочем, копать в этом направлении Ортега не собирался – велик шанс всполошить официальные лица Зеленого Дома. Это уже не легкомысленная феечка.
Ну вот и дошли до главного – кто стоит за исчезновением Вестника? Исходные данные – он или она извещен о самом существовании Вестника, то есть относится к высшим кругам Люди. Список подозреваемых начинается с королевы...
Нет! Его прячут именно от Всеславы.
Ортега щелкнул пальцами, словно поймав невидимую подсказку.
Регистрация в Доме нужна, чтобы колдун мог получать энергию Источника, так? Хозяйка Колодца Дождей просто бы позволила мальчику тянуть энергию. И еще, королеве Вестник не нужен.

2009-04-25 в 12:53 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Нав не был искушенным интриганом, но некоторый опыт расплетания козней за время службы у Сантьяги приобрел. А анализ любой интриги надо начинать с простых вопросов: кому выгодно и для кого опасно.
У Всеславы появление Любомира отнимает трон. Неудиивтельно, что на королеву пало обвинение в смерти мальчика – для нее это радостное событие, претендента больше нет. К тому же, Всеслава больше дипломат, войну она не любит. Рассматриваем партию «бойцов» во главе с Ярославой.
Ортега выписал на лист столбик имен – жрица, самые влиятельные офицеры Дочерей Журавля, бароны. Поразмыслив, вычеркнул несколько, в том числе и верхнее.
Ярослава не подходит по другой причине: слишком деятельна, чтобы просто спрятать мальчика и чего-то ждать. Объявить о его приходе всему Дому, убрать с трона Всеславу и короновать Вестника, начать подготовку к войне, вот что в ее стиле. Лана обмолвилась, что старая жрица с трудом выносила режим секретности. Но уже два года, как Любомир исчез. Кстати, зачем его скрывают? Если дело только в королеве – скажите, что она покушалась на жизнь Вестника, и одной колдуньей станет меньше.
Под именами начали добавляться версии. Самое простое: кто-то хочет оказаться единственным наставником принца, и в будущем получить ручного правителя. Этот кто-то поспокойней, чем Ярослава, меньше верит в пророчества и больше – в собственный статус. И желает, чтобы всю информацию о Зеленом Доме Любомир получал исключительно от него. План рискованный, но умный и тонкий. План сильного противника.
Второе. Нав помедлил, прежде чем писать. Ортега не был сентиментальным, но... ему бы не хотелось столкнуться с этим.
Для всех Любомир – будущий правитель и знамя войны, но кому-то он сын и брат. А если в игру вступила семья Вестника? Нет, его бы забрали из Москвы. Говорилось же, что Ярослава привезла мальчика в Тайный Город. Уже легче.
И третье: исчезновение – идея самого принца. Он инсценировал свою смерть, но прежде нашел кого-то верного и приказал обеспечить себе убежище. Версия неожиданная, но это не просто тринадцатилетний мальчик. Может, хватило ума убраться из змеиного гнезда.
Ну что ж, бумажная работа закончилась, пора действовать. Гарка усмехнулся – поиск со многими неизвестными нравился ему куда больше, чем сидение в кабинете.

Лучше быть гончей, чем бумажным червем? Что ж, именно жизнь гончей или, вернее, ищейки нав изведал сполна, с ложными следами и прочими радостями.
Ролевики не дали ничего. Ребята охотно рассказывали про свою игру, многие вспомнили светловолосого «эльфа», однако никто не знал даже где живет их приятель.
- Он недолго у нас был, один раз на полевку съездил, а больше вроде не появлялся.
- Да?, - мужчина вздохнул, - Жаль. Он настолько выглядел эльфом, я подумал, что без всяких кастингов нашел актера.
- Вы снимаете кино по фэнтези?
- Тише, тише. Режиссеры – суеверный народ, не стоит говорить о своих замыслах, - вжившийся в образ богемной личности Ортега манерно взмахнул рукой, - Может, вы знаете, в какой школе он учится? Или спортивную секцию, или хоть что-нибудь. Неужели ваш друг даже телефона не оставил?
- Нет.
- И не приглашал никого домой?
Нав уже понял, что расспросы бесполезны, и вел беседу исключительно ради достоверности.
- К нему нельзя было. Родители не разрешали. Он и к нам тайком бегал.
- Увы.
Пообещав, что за фехтовальной массовкой обязательно заглянет сюда, режиссер покинул Нескучный Сад.
След оборвался. Других не находилось. «Леонид Соколов» даже не был подключен к «Тиградкому», что неудивительно – наверняка в том доме, где он сейчас живет, подключение уже было. Но где мальчишка мог проявиться? Ночные клубы – в хорошие юного чела просто не пустят, в плохих никто не запомнит. Вообще вряд ли Вестник был настолько неосторожен, чтобы где-то примелькаться. Ролевики не в счет, кто бы в Тайном Городе стал следить за сумасшедшими челами?
Хотя есть одна лавка...
Старый букинист Генбек Хамзи встретил Ортегу без обычного шасского ворчания. Вернее, брюзжание закончилось, как только Генбек взглянул на фотографию.
- Я его видел, он приходил сюда.
- Часто?
- Нет, один раз. Интересный мальчик.
- Огромная магическая сила?
- По-моему, способности у него слабенькие. Хотя не знаю. Да, он был здесь один раз.
- Тогда как вы его запомнили?
Старик вздохнул.
- На мою коллекцию смотрели по разному. С уважением, с восхищением, с завистью. С любовью к книгам и с ненавистью ко мне, их обладателю. Этот мальчик смотрел на нее с разочарованием. Наверно, ему много говорили о Книжной лавке Генбека Хамзи, он пришел сюда с горящими глазами, а потом... глаза потухли. Он ходил вдоль полок и хотел спросить «Это все?». Не спросил, вежливый. Книжник книжника может убить, но не обидеть. И все же, мальчик был разочарован..
«У него есть доступ к библиотеке Зеленого Дома. Понятно.»
- Он не говорил с вами?
- Нет. Я сам хотел заговорить с ним, но ему кто-то позвонил. Мобильники, это глупое человское изобретение. Зачем вы ищете его?
Вопрос не застал нава врасплох.
- Он очень сильный маг. В будущем станет опасен.
Генбек степенно кивнул.
- Я ничем не помогу вам. Помню, что он говорил с какой-то женщиной.
- Слышали ее голос?
- Нет, мальчик назвал ее по имени. Такое простое имя, не то человское, не то людское. Достаточно короткое... Увы, точней не вспомню.
- Спасибо вам.
Грусть во взгляде шаса заставила Ортегу оборвать благодарности и тихо уйти. Все-таки в обучении бойца есть свои недостатки – хорошим психологом не стать. Вот и сейчас нав не понимал, чем была вызвана грусть: тем, что какой-то сопляк не оценил коллекцию букиниста, или тем, что за молодым книжником охотятся гарки.


Осенний парк застыл в точке между «Дождь недавно был» и «Дождь скоро будет». Сыро, слякотно. Но деревья стоят в царственных – золоте с пурпуром – уборах, а лужи отражают небо, и заметно, что облака кокетливо разошлись, обнажив лазурь.
- Красивое место.
- А тут я встретил «гондорцев», - братишка вздохнул, - пошли, я хочу, чтобы ты их увидела.
«Спящий, сделай так, чтобы их здесь не оказалось!»
Судьба сегодня был доброй – «своих» ролевиков Любомир не нашел. Пару раз людам попадались странные компании, но всякий раз не те.
- Похоже, их тут нет.
- Радуешься? Я бы даже не заговорил с ними.
«Да, мы бы стояли невидимыми и смотрели на твоих приятелей. И ты бы кусал губы, чтоб не крикнуть «Привет, ребята» или как там у вас здоровались.»
У Вестника было все: любые книги, артефакты, множество красивых безделушек, которые он любил. А вот друзей – нет. Милана поморщилась, отгоняя подступившую к горлу жалость.
- Это не так больно, как тебе кажется, - подросток резко развернулся к сестре, - Знаешь, на второй день игра мне надоела.
- Всех победил?
- Я не фехтовал с ними. Разведывал, что где творится, как полагается эльфу-следопыту. И меня никто не мог поймать. Просто не замечали. А большинство из них так шумно ходили, что я всегда успевал вовремя исчезнуть, даже без магии.
- Ты от скуки им морок устроил?
- Нет. Они так верят в чудеса, хотелось что-то сделать... Ерунда, в общем. Но я узнал их, и это хорошо.
«Взрослеешь...»
Последнее время у братишки порой проскальзывали в голосе такие интонации – холодные, взвешенные. Забавно: чем меньше Любомир старался изображать царственность, тем четче она проступала. Будущий правитель, н-да.
- Ну что, едем домой?
- Да. Мне нечего больше здесь искать. И дождь собирается. Какие свиньи!
Последнее замечание относилось к безвестной компашке, недавно посидевшей на одной из скамеек. Именно компашке – одному челу, как ни старайся, так не намусорить. Милана скривила губы – люды бережно относились к природе, и такое обращение с парком, с маленьким кусочком живого леса, который, слава Спящему, есть в городе, их злило.
- Подожди меня.
Вестник без тени брезгливости начал собирать мусор. Он не звал за собой, но оставаться на месте у дружинницы не получилось. Мокрые обертки и упаковки липли к рукам, один раз Милана чуть не порезалась, не заметив осколок. Редкие прохожие недоуменно поднимали брови, застав хорошо одетого подростка и красивую женщину в спортивном костюме за таким неприятным занятием. Один, правда, не удержался:
- Вроде приличные люди, а, как бомжи, по помойкам шарят...
Продолжение сентенции застряло в горле. Блондинка выпрямилась и глянула на комментатора через плечо. Ничего хорошего взгляд не сулил.
- Шел бы ты... своей дорогой.
К счастью, чел последовал совету, а то у Миланы появился соблазн затолкать последнюю бутылку ему в пасть.
- Да, такое среди них тоже есть, - Любомир спокойно вытер руки, - Но есть и «Гондор».
- Ты это к чему?
- Просто. Ладно, здесь стало чище – мы приехали не зря.
Женщина могла бы возразить, что в парке подобной пакости еще пруд пруди, да и новые свиньи не замедлят нагадить, но не стала. В чем-то братишка был прав. Понять бы еще, в чем.

2009-04-25 в 12:54 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Блокнот покрылся хитросплетением записей, сеткой схем и возможных связей. Из первоначального списка подозреваемых осталось всего несколько имен. Но здесь Ортега встретил глухую стену. Все шестеро занимали достаточно высокое положение, чтобы знать о Вестнике, и могли его скрывать Все шестеро достаточно умны и амбициозны, но не так деятельны, как та же Ярослава. И все слишком влиятельны, чтобы заявиться к ним с проверкой. Три барона, три офицера Дочерей Журавля.
Нав еще раз перечитал список. Осень и зима ушли на то, чтобы аморфная масса догадок и подозрений превратились в шесть четких строчек. Что теперь? А теперь поиск. И начать стоит...отсюда. Выбранное имя занимало самую нижнюю позицию – по статусу. К тому же, у нее только один дом, будет легче всего проверить.
Увидев в «Ящеррице» помощника комиссара, Птиций, управляющий клуба, был ошеломлен. Ортега, в отличии от своего шефа, считался скупым и неприятным типом, которого не интересуют даже лучшие развлечения.
«Он перепутал мое заведение с площадкой для фехтования?»
- Безумно польщен вашим визитом. Желаете что-нибудь особенное?
- Да. Отдельный номер, - нав чуть понизил голос, - с возможностью наблюдать за публикой.
- Но у меня приличный клуб! Здесь некого ловить!!
Оскорбление, нанесенное его детищу, на мгновение придало концу невероятную отвагу.
- Птиций, я не на службе. И хочу отдохнуть.
- Но...
- Сантьяга предпочитает участвовать, а я – смотреть. У вас тут пьют, целуются, танцуют самые разные существа. Я хочу видеть их веселье.
- А, понятно. Массажистку в комнату?
- Будет отвлекать. К тому же, - Птицию почудилось, что уши визитера слегка заострились, - я не желаю, чтобы про мои увлечения знали. Портит образ, знаете ли. Я уверен, что вы умеет держать язык за зубами, а вот ваши девицы – вряд ли.
- Да, да, конечно. Я лично провожу вас.
Когда управляющий удалился, пожелав гостю приятного времяпровождения, Ортега усмехнулся. Самый простой способ обмануть – говори с существом на его уровне. Концы думают лишь о развлечениях, значит, тебе нужна комната для утех. Нав покосился на сложную систему зеркал, позволяющую с кровати обозревать значительную часть первого уровня клуба, потом сел на постель, выровнял дыхание. Обряд, к которому он готовился, требует много сил, и лучше проводить его в удобном месте, а не в парке под открытым небом. А «Ящеррица» находилась недалеко от объекта.
Ортега старательно растер виски «Мазью прорицателя». Потом он расплатился за это, но ничего – здесь его долго не побеспокоят. Птицию лестно, что даже помощник комиссара явился в его клуб.
На одеяло легли три фотографии. Те самые распечатки, начавшие его поиск. Нав смотрел на них, пытаясь ощутить странное, хрупкое и опасное существо – Вестника. Аккуратно, чтобы не поцарапать бумагу, начертил на каждом знак цели. Выждал несколько минут (голову уже начал стягивать невидимый обруч), убрал фотографии в сторону и вытянулся на кровати.
Заклинание поиска возможно и без образцов ткани жертвы. Вот только в малом радиусе и с неприятными последствиями для колдуна. Глаза закрылись, дух охотника направился за добычей.
Из тумана проступило тонкое лицо. Те самые черты, но живые, дышащие. Спокойные – Вестник спал. Он действительно был очень изящным, не под стать своим родичам. Совсем мальчишка.
К изголовью постели упал лист. На миг нав решил, что видит символические образы, но в спальне Любомира действительно стояли живые растения. Все они как будто тянулись к кровати, не то защищая, не то поддерживая. Маленькая рука отбросила листок, подросток что-то выдохнул сквозь сон... и комната вновь исчезла в тумане.
Пробуждение было отвратительным. Голова раскалывается, к горлу подступила тошнота, в глазх непонятные пятна. Кое-как нав нашарил пузырек с лекарством. Нельзя сказать, что обезбаливающее сняло все, но мир вокруг прояснился. Впрочем, Ортега знал, на что шел. И сейчас он, несмотря на жуткое самочувствие, торжествующе улыбнулся.
Вестник был рядом. В доме десятницы Миланы.
«Ягуар» остался на стоянке клуба – не стоит водить машину, когда перед глазами то и дело плывут серые круги. Но нав не брезговал обычным человским транспортом. Троллейбус, застревая в ежеутренних пробках, полз в сторону Ленинградскому проспекту. Отчасти Ортега был благодарен медленному движению – оно даст ему время полностью прийти в себя. Справиться с головной болью... и с опьянением от успеха.
«Хорошо, я сообщаю про Вестника, и что дальше? Пророчество – еще не повод вламываться в дом офицера Люди, убивать ее и ее воспитанника. Не официальный повод. А главное, сам Любомир не считается ни боевым магом, ни вообще воином. Просто мальчишка.»
Кодекс жестко запрещал убийство гражданских. Да, ради Нави, по приказу командира Ортега пошел бы на преступление, но будет ли приказ? И как на них станут смотреть после его исполнения?
Темный Двор никогда не славился мягкосердечностью За смерть своих они мстили, уничтожая не только убийцу, но и его родню. Они хладнокровно истребляли своих врагов, не стыдясь самых жестоких способов. Но пока что Вестник не был врагом.
Ждать означало рисковать будущим Нави. Нанести упреждающий удар – покрыть себя позором.
Ортега прикусил губу. Может, будь он Советником, дилемма не казалась бы ему столь мучительной, но гарки, безжалостные воины Тьмы, достаточно щепетильно относились к воинской чести. Пусть далеко не все жители Тайного Города в это верили.
Погруженный в мысли, нав едва не проехал свою остановку. Вовремя спохватился, выскочил из троллейбуса. Движения уже обрели привычную ловкость и скорость. Никто в Цитадели не заподозрит, сколько сил он отдал этой ночью. Разве что Сантьяга бы все понял, но комиссар по пути в кабинет ему не встретился.
«Дождаться его, доложить, и пусть командир решает? Нет.»
Решение пришло. Ортега знал, что заставит его сородичей действовать. И мог дать им повод уничтожить опасного люда.
Помощник комиссара придвинул к себе лист бумаги и ровным почерком вывел:
«Вестник, предположительно, находится в доме десятницы Дочерей Журавля Миланы. Я отправляюсь туда, чтобы уточнить информацию.» Подпись, время написания.
Достал из внутреннего кармана небольшой черный камешек и положил сверху на лист. Такие амулеты гарки оставляли, уходя на опасные задания. Если камень посерел, значит, боец мертв.
Примерно через полтора часа Сантьяга будет здесь – Ортега хорошо знал привычки своего шефа. Он найдет запись и серый амулет, и отдаст приказ. Или придет туда сам.
А пока что есть время окончательно привести себя в порядок. Перед мальчишкой надо предстать во всеоружии и по-настоящему опасным.

- Враг рядом! Очень сильный.
Любомир мог и не говорить, Милана сама почувствовала, как буквально воют ломаемые защитные заклинания. Неизвестный не церемонился ни с обычными, ни с колдовскими замками. Дверь распахнулась, и в дом шагнул гарка. Длинные клинки в его руках казались выточенными из самой Тьмы.
Ортега оказался лицом к лицу со своей целью. Вернее, их разделяло несколько шагов, к тому же, чтобы добраться до мальчишки, ему пришлось бы справиться с вскинувшей секиру десятницей, но нав не обращал внимания на женщину.
- Я пришел за твоей жизнью, Вестник!
Всем своим видом высокая фигура излучала угрозу. Беловолосый подросток отшатнулся и что-то выкрикнул. Тотчас тело гарки стянули зеленые «нити». Ортега оскалился, пытаясь вырваться, хотя в душе он торжествовал. Сейчас созданная Вестником сеть задушит его, и план начнет действовать.
- Тебе не взять гар...
Резкий удар прервал слова. Мир померк. Два черных клинка выскользнули из бесчувственных пальцев и растворились в воздухе.

2009-04-25 в 12:55 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
«Второе такое пробуждение за день – это слишком».
Голова опять болела. Правда, на этот раз болели не виски, а подбородок, да и причина, видимо, была более прозаической – удар кулака.
Ортега лежал на кровати в светлой комнате. На «оранжерею» из видения не похоже. Значит, он в спальне Миланы, а не у Вестника. Оба противника стояли рядом, спокойно разглядывая пленного нава. Именно пленного: гарка был крепко связан, а на его одежде поблескивала брошка с изображением акулы – артефакт «Рыбацкая сеть», не позволявший магу применять способности.
- Собираетесь пытать? Или ты боишься пролить кровь врага?
Юноша поморщился, сарказм явно задел его.
- Не то, и не другое. Зачем ты хотел убить меня?
- Разве тебе неизвестно пророчество? Твоя жизнь – смерть моего Дома. Даже смешно, что Нави может угрожать такое... ничтожество.
Ортега бросал оскорбление за оскорблением, надеясь, что люд сорвется.
- Будь я ничтожеством, ты бы не пришел сюда, - заметил Любомир, - а вообще... и ты тоже считаешь меня оружием?
- Что?
- Для вас всех Вестник – это оружие, орудие уничтожения. Никто даже не подумал, что я могу решать, как распоряжусь данной мне силой. Почти никто, - ласковый взгляд зеленых глаз обратился к женщине. Та улыбнулась в ответ, но пленник заметил, что дружинница внимательно наблюдает за ним. Артефакты артефактами, но у гарки могли быть в запасе свои трюки. А юноша продолжал: - Ты даже не ненавидишь меня. Я чувствую, ты спокоен. И немного удивлен. Не ожидал, что с тобой справятся?
- Не ожидал, что будут разговаривать.
- Ты хотел, чтобы тебя убили?!
- Судя по всему, да. Тогда у Нави был бы счет крови к тебе, - фыркнула Милана.
- Жертвовать жизнью ради своего Дома... Я не буду тебя убивать. Но теперь обо мне знают, - Любомир развернулся и вышел из комнаты. Из-за двери донеслось: «Сделаю чай – вернусь.»
- Вестник, который собственноручно заваривает чай, - нав неожиданно для самого себя усмехнулся.
- Големов здесь нет, - пожала плечами дружинница, - Впрочем, не такая это проблема, что для него, что для меня, - чуть тише она добавила: - А вообще это называется ушел обдумывать ситуацию.
- И что он решит?
- Не знаю, - женщина села на край кровати, - Вопрос: к нам сейчас твои собратья не пожалуют?
- Нет.
- И то радость. Кстати, атака впечатляла.
- Ты поняла, что я задумал?
- В одиночку с нами тебе не справиться. К тому же... сколько времени ты стоял на пороге, просто демонстрируя клинки? Хотя мне тебя убить хотелось.
- Я угрожал твоему господину?
- Ты угрожал моему брату.
- Брату?!
- Названому.
Пару минут оба молчали. Милана насвистывала сквозь зубы несложный мотивчик. А нав размышлял. Если опасный зверь не убивает охотника, а берет в плен, это унизительно. Но когда зверь с тобой разговаривает и предлагает тебе жизнь! Даже нет. Он не предлагал жизнь в обмен на что-то, он просто помиловал противника.
План провален. Продолжать дразнить юношу бессмысленно – не сорвется. Его наставница еще спокойнее.
- Интересно, меня сейчас охраняет будущая воевода Дочерей Журавля?
- Не уверена. А что?
- Да так, любопытствую. В жрицы тебя даже воля Вестника не поднимет – характер не тот. Но что-то же он тебе обещал...
- Не поверишь, ничего.
- Не поверю.
- Ты – нав, для тебя это слишком просто. Как ты его нашел?
- По фотографии с игры.
- Чтоб ролевикам..., - заметив открывающуюся дверь, воительница оборвала фразу. Юноша успел переодеться, выбрав вместо шерстяного балахона льняную рубаху с вышивкой. За Любомиром бежал столик с чайником и тремя кружками
- Для кого третья?
- Если Ортега даст слово, что не будет нападать, я развяжу его.
- Нет!
- Не стоит беспокоить твою... сестру. Я не люблю чай.
Юноша подвинул плетеное кресло, уселся. Он старался казаться спокойным, но кружка чуть подрагивала в руке.
- Так или иначе, но теперь обо мне знают. Значит, пришла пора возвращаться.
- Ради чего ты скрывался три года?
- Я искал, что сказать своему народу.
- Нашел?
- Да. Спасибо тебе, Ортега.
- За что?
- Без твоего визита я бы еще долго решался. В убежище уютно.
Он залпом допил чай, поставил чашку.
- Мы появляемся во дворце сегодня?
- Да, сестренка. На Бал Подснежников соберутся все значимые личности.
- И еще больше просто любителей повеселиться.
- Вот и хорошо. Я хочу, чтобы меня слышали все. Шипение по углам – привычка змей.
Только сейчас нав понял, что Вестнику еще и холодно. Несмотря на жуткую жару в доме, в тонкой рубашке парень чувствовал себя неуютно.
«Он оделся как на битву.»
- Ясно, брат. Я проведу тебя.
Милана ненадолго исчезла, скрыв себя мороком. Послышался звук открываемой дверцы шкафа. Появилась она уже в кожаной броне и с переброшенным через руку длинным плащом.
- Держи.
- Зачем?
- Чтобы раньше времени тебя никто не узнал. Закутайся и краем прикрой лицо. Что делаем с нашим пленником?
- Отпускаем, естественно.
- Как скажешь, - с лучезарной улыбкой женщина положила на одеяло нож. – Чтобы подтянуть его к себе и разрезать веревки, тебе понадобятся несколько минут. За это время мы спокойно уйдем.
Ортега устало вздохнул.
- Не надо цирка. Отпустите меня.
Прежде чем дружинница успела возразить, веревки как будто рассыпались. Вестник подхватил брошку-артефакт, бросил на тумбочку.
- Благородный поступок, юноша, - нав размял руки. Перед ним закрутился вихрь портала, - Хотя твоя сестра действует разумнее. До встречи.
- По-моему, тебе сделали комплимент.
- Убрался, и ладно, - фыркнула десятница, - нам тоже пора.
Возле оружейной стойки женщина помедлила, выбирая. Любимую секиру с собой не возьмешь, идти с голыми руками не хочется. «Не на бой собираешься. И магия при тебе.»
Любомир повесил на пояс «журавлиный клюв». Губы чуть слышно шевельнулись:
- Там я спрошу у Всеславы, будет ли она со мной...

2009-04-25 в 12:55 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
В торжественные дни вместо обычных дружинников место у парадного входа занимали бойцы из Дочерей Журавля. Великий Дом Людь демонстрировал гостям мощь своей армии. Сейчас две стражницы пересмеивались, глядя на странную парочку: женщина в кожаной броне на ходу отчитывала нечто, закутанное в плащ.
- Ты понимаешь, что холодно на улице? Если простудишься, мне фата Капитолина голову оторвет! А ты пока что сама лечиться не умеешь.
Из-под плаща донеслись всхлипывания.
- Не реви! Привет, девчонки!
- Привет. Что это с тобой?
- Головная боль! Оделась, как на Гавайи, а тут же идти надо.
По традиции, прежде чем попасть во дворец, полагалось пройти по двум-трем аллеям. Обычай соблюдали не всегда, но в этом плане Дружина была ретроградами.
- Ученица?
- Оно.
Взгляды встретились. Вообще-то до окончания школы девушкам не позволялось появляться на официальных мероприятиях. Однако кто на балу станет проверять возраст всех присутствующих? И если старшеклассница не будет маячить перед глазами своих же наставниц, на нее, скорее всего, не обратят внимания.
- Я ей пообещала...
- Мы не видели. Повеселись за нас.
- Спасибо. Пошли, радость моя.
Тронный зал блистал роскошью. На фоне оливкового шелка стен и глубокого цвета малахитовых колонн еще ярче выделялись наряды дам и кавалеров. В клумбах вдоль стен цвел кустарник, а рядом скромно стояли герои дня – подснежники. Естественно, никаких срезанных растений не было, незачем портить праздник смертью. После окончания торжества белые цветы высадят в парке.
А королева Всеслава в легком платье, больше подходящем фее, чем правительнице, с трона наблюдала за веселой суетой. Сейчас она произнесет речь, а потом в паре с Мечеславом откроет бал.
В центр зала, свободный до начала танцев, шагнули двое.
- Милана? Что это значит?
Дружинница не ответила. Ее спутник молча скинул плащ. В тот же миг магов буквально толкнуло исходящей от хрупкого юноши силой. Королева в ужасе отшатнулась
- Ты... Ты мертв.
- Вестник!, - вскрикнула одна из жриц. Ее крик подхватили.
Любомир победно рассмеялся и вскинул руку. Вокруг него заклубился зеленый туман. Когда туман рассеялся, на месте подростка стоял молодой рослый варвар в кожаных штанах и вывернутой мехом наружу безрукавке. Его голову украшал золотой обруч с огромным изумрудом. В правой руке воин держал секиру, в левой – кинжал, казавшийся слишком маленьким для широкой ладони.
- Я с вами, люды! Я вернулся.
Массивная фигура рванулась к варвару. Мечеслав не был магом, но он не даст этому выродку убить его любовь и повелительницу. Вестник обернулся к нему, изумруд вспыхнул зеленым светом. Барона швырнуло об стену, и он замер на полу.
- Нееет!, - в голосе Всеславы звучал уже не страх, а отчаяние. С длинных тонких пальцев сорвались зеленые молнии. Королева ударила быстро и точно, но не сумела опередить почуявшего опасность боевого мага. Милана успела.
Зачарованная броня выдержала первую «Эльфийскую стрелу». Вторая разорвала кожу доспеха, а заодно и грудь женщины. Вскрикнув, дружинница осела.
Зал бурлил, как море в шторм. Кто-то под предводительством гневно вопящей жрицы Ярославы готовился атаковать ее величество, кто-то бросился к трону защищать повелительницу. Но почти все собравшиеся были безоружны, а попытки применить магию теперь срывались. Как будто Колодец Дождей замкнулся на Вестнике. И сторонники, и враги невольно смотрели на варвара... но могучего воина больше не было.
Хрупкий беловолосый юноша стоял на коленях посреди зала, склонившись над умирающей.
- Держись, сестренка! Держись!
Тяжелые удары сердца отдавались в ушах, но Любомир слышал, как тихо бьется другое сердце. Оно то замирало, то колотилось, яростно цепляясь за жизнь. По щекам катились слезы. Что-то кричала Ярослава, звала его на битву, но Вестник лишь крепче прижал ладонь к ране. Потерять власть он мог, потерять единственное родное существо – нет.
Будь Милана слабым магом, подобное лечение, скорее, убило бы ее. Юноша отдавал все свои силы, поток энергии, идущий через его руки, разрушал не хуже, чем спасал. Но тело дружинницы кое-как выдержало испытание. Рана на груди затянулась, колдунья приоткрыла глаза, закашлялась.
- Она будет жить?
Любомир поднял голову. Рядом с ним стояла седоволосая женщина в кожаной броне. «Бронислава», - всплыло в памяти имя.
- Да. Помогите мне.
Повинуясь указанию, Бронислава аккуратно повернула раненую на бок. Изо рта Миланы хлынул поток крови.
- Что это?
- Все уже в порядке.
Молодая воительница кашляла и отплевывалась, но на умирающую похожа не была.
- Как ты, девочка?
- Н-нормально. Только перед глазами все плывет, не встать. Братишка?
- Я здесь.
Ветеранша и еще одна, незнакомая ему дружинница поддержали сестру и осторожно увели ее в сторону. Любомир поднялся, обвел взглядом ощетинившийся зал.
- Хватит.
Несмотря на шум, его услышали. Все повернулись к нему.
- Хватит крови.
Словно в ответ на его фразу из угла донесся стон и ругательства.
- Что там?
Мечеслав сидел возле стены, зло разглядывая Вестника. Лицо барона украшал рассеченный лоб, но его жизни вроде бы ничего не угрожало. Любомир постарался не замечать соперника.
- Повелитель, - сиплый, сорванный голос Ярославы звучал торжественно, - Займи трон. Возьми власть и веди нас в бой.
Жрица первой склонилась перед юношей, ее примеру последовали другие. Группа, окружившая престол, сплотилась крепче, полная решимости не выдавать королеву. Туда же подошел Мечеслав.
- На какую войну? С Чудью и Навью?
- Тебе суждено их уничтожить!
- Я знаю, что мне суждено, - холодный блеск зеленых глаз заставил Ярославу смолкнуть, - А что мы получим в итоге, преступив Кодекс, потеряв множество своих, истребив целые расы? Власть над мусорной кучей?!
От волнения перехватило горло. Справившись с собой, Любомир продолжил:
- Неужели вы не видите, во что превращается Земля? Она же умирает! Обратитесь к ней, и вы почувствуете, как гибнут леса и моря, как на месте природы остается свалка. И других защитников, кроме нас, у нее нет. Чуды, навы могут жить на мертвой планете.
- А челы ее уничтожают!, - подхватил чей-то голос, - Веди нас на войну с челами!
Юноша выдохнул сквозь зубы.
- С нашей же ошибкой? Они сродни нам, сейчас мы могли бы привлечь их на свою сторону. Отбирая лучших из их магов, работая с ними. Что вместо этого? Презрение и насмешки. Я регистрировался как чел-колдун. По-моему, даже если бы я не скрыл свои способности, никто бы не обратил внимания. Они могли стать нашими вассалами, а мы смотрим на них как на дойных коров. Неважно, чему учатся, на кого работают, лишь бы платили!
- Ты предлагаешь отколоть часть их Семьи?, - негромко спросила Всеслава, - но другие Великие Дома не простят нам такого усиления.
- Даже сейчас, когда есть я? Они не рискнут нападать.
- Челы – тупое стадо! Мы не сможем делить мир с ними!
Любомир яростно обернулся к Ярославе. Рядом с высокой жрицей он казался карликом, но его это не смущало.
- Тогда почему среди наших вассалов – Красные Шапки? Потому что у кого-то в незапамятные времена было меньше высокомерия и больше желания найти место даже для дикарей. Или стоит ждать, пока появятся добрые асуры и дадут нам других союзников – умных, верных, сильных? Долго ждать придется!
- Ты – не тот, кого я воспитывала! Ты стал трусом, ты боишься схватки с настоящими врагами.
Вестник вздрогнул, как от пощечины. Среди гула голосов в зале ему послышалось «Держись, братишка!»
- Я – воин Зеленого Дома и ученик воина. А не оружие, которое ты создавала. И я считаю, что нападать просто потому, что мы это можем, – подлость. Мы не гиперборейцы. Если чуды выберут войну, да будет так. Но нам сейчас начинать ее не нужно.
- Мы можем победить!
- Можем. Но зачем нужна окончательная победа? И рыцари, и навы – наши старые добрые враги, с кем сражались, а порой плечом к плечу вставали против иной опасности. Лучше тот мир, который есть сейчас, чем война на их истребление.
- Ты рассчитываешь на объединение Великих Домов?
- Королева, я не верю в сказки. Я рассчитываю на то, что они нам не помешают.
В зале царило напряженное молчание. Любомир смотрел на свой народ, пытаясь понять, о чем они думают, что выберут. Какие-то лица вспоминались, других он узнавал по рассказам сестры. Вон и сама Милана, бледная, взволнованная. Юноша так и не заметил, кто первый крикнул:
- Слава Вестнику!
Ликующие возгласы ответили ему. Молчало лишь окружение Всеславы. Они понимали, что их битва проиграна, но никто даже не подумал уйти в сторону.
- Время королевы закончено!, - голос старого вояки барона Светломира покрыл гул, - Займи трон, Вестник.
- Нет. Мне еще слишком многое нужно узнать. Говорить с Белыми Дамами, учиться у них, чтобы понять, как защитить и спасти землю. Я могу обратиться к голосу природы, но меня захлестывает боль. Может, те, кто старше и опытней меня, слышат ее лучше.
- Ты уйдешь в Сибирь?
- На время. Мое обучение не закончено.
- Кто будет править нами?
По губам Любомира скользнула улыбка.
- По-моему, королева Всеслава вполне справляется с властью. Пусть все остается, Круг Жриц и Большой королевский Совет. Даже Вестник не способен править один. Но моей наместницей будет Всеслава.
Он пошел к трону. Окружившие престол люды расступались перед ним, замер только Мечеслав. И прекрасная женщина, правительница, предательница, его любовь и ненависть.
«Я обещал...»
Любомир и королева смотрели друг на друга. Оба были не в силах заговорить. Томительное молчание нарушил голос стражника:
- Комиссар Темного Двора Сантьяга просит аудиенции у Вестника!
Выдох ярости, вздох облегчения.
- Хорошо. Я приму его.
Высокий мужчина в белом костюме элегантно прошествовал в зал. За ним шел уже знакомый юноше нав – Ортега. Помощник комиссара искал кого-то взглядом, и Любомиру стоило больших усилий не оглянуться. Но царственность не терпит любопытства.
- Здравствуйте, Вестник. Я хотел поговорить с вами.
- Приветствую. Надеюсь, вас не испугает небольшая прогулка?

2009-04-25 в 12:56 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Если Сантьягу и удивило выбранное для беседы место – аллея возле дворца, то нав не подал вида.
- Здесь спокойнее, - пояснил Любомир.
- Как вам будет угодно. Итак, отныне вы – император Люди.
- Я – Вестник, это само по себе титул.
- Вы все же оставили Всеславу на троне? Зачем?
- Пока мне рано быть правителем. Королева знает хитросплетения политики Домов, мне понадобятся годы, чтобы подняться до ее уровня. В клубке союзов и интриг нужна мудрость кобры, а не медвежья сила. Я еще не змей.
- Вы отдаете ей власть, чтобы полностью посвятить себя вашим планам?
- В принципе, да. Впрочем, игнорировать меня невозможно. К тому же, Всеслава легко понимает мои идеи, многие ее задумки перекликаются с ними. Мы сумеем работать вместе. А трон – это всего-лишь кусок камня.
- Чего вы хотите?
- Мира. Комиссар, прежде всего я, как и вы, защищаю интересы своего Дома. А война нам сейчас не нужна. Если б было возможно подчинить один Великий Дом другому, то атака имела бы хоть какой-то смысл. Но так... Сейчас мы сильны и без шлейфа разрушений и гор трупов. Начинать войну – удел тех, кто боится.
- Решительно.
- Разумно. Тысячелетия мы худо-бедно уживались вместе. Что изменилось?
- Танцующий Журавль должен раскинуть крылья над всем миром.
- И он раскинет. Если нам удастся очистить Землю, то каждый лес и каждое озеро будут нести в себе отражение своих защитников. В шуме чистого ветра будет наше имя. Зачем быть захватчиками и владельцами, когда нам суждено стать хранителями? Ни вы, ни чуды на это просто не способны, только мы связаны с природой неразрывными узами.
- А какая роль в очищенном мире уготована моему народу?
- Жить. Комиссар, я не думаю, что навам настолько милы свалки, что без них ваше существование потеряет смысл. Народы будут воевать, интриговать и мириться, все как всегда.
- Но вы бы не хотели в этом участвовать?
- Я точно знаю, сколько проживу. «И будет он править два века без одного года». Сейчас мне шестнадцать, итого осталось 183 года. Это не так много даже по меркам моего народа, а в масштабах земли – ничтожно мало. Я не хочу тратить время на бессмысленное кровопролитие. Тем более, что мое участие в нем... вы сами можете предсказать последствия.
- Кстати, это, кажется, по наши души.
Из полумрака вынырнули две высокие фигуры. Женщина с трудом, пошатываясь, шла вперед, мужчина поддерживал ее. Они яростно спорили, так что услышать их разговор не составляло особого труда.
- Вернись в зал. Ему ничего не угрожает, а ты еле держишься на ногах. Это глупая тревога!
- Вот появятся свои де... младшие братья, тогда и будешь меня учить.
- Между прочим, он общается не с бандитом, а с комиссаром Темного Двора.
- Знаю. Это меня и волнует.
- Любой эрлиец вколол бы тебе успокоительное и прописал постельный режим.
- С тобой, что ли?
Зашипев от боли, Милана опустилась на ближайшую скамейку. Ортега было попытался увести ее, но красавица одарила его таким взглядом, что гарка невольно потер подбородок.
- Помог – спасибо. Но я останусь здесь.
- Кстати, вы вовремя, - лучезарно улыбнулся Сантьяга, - наша беседа почти что закончена.
- Да. Просить вас передать подарок было бы глупо, я принесу его сам.
- Кому?
- Генбеку Хамзи. Столкнувшись с ним, я понял: если даже у сварливого мелочного шаса может быть душа поэта, мир не так прост, как он кажется.
- Книжная Лавка будет рада вам.
- Увы, нет.
- Я объясню, комиссар, - Ортега быстро положил что-то на скамью и подошел к командиру, - Мы можем уезжать?
- Не стоит беспокоить людов еще больше, им хватает пищи для размышлений и без нас, - Когда Вестник отошел, нав негромко добавил, - Неужели он сумел обойти пророчество интуитивно?
- А что?
- Предсказано, что он будет править два века без одного года. Но трон еще не занят, отсчет не начался. А сколько лет может прожить это воплощение силы земли сам по себе... Любомир, любовь мира. Иногда людские имена оказываются очень точными.
- Вы ему не разъяснили пророчество?
- Нет. Пусть беспокоится и действует. Земля без свалок тоже чего-то стоит.

- Как ты, сестренка?
- Все хорошо, - Милана потерла грудь, - Пройдет. Вот, на свидание приглашают. «Я бы хотел встретиться с тобой еще раз. Просто поговорить.»
- Пойдешь?
- Да не вопрос. Хотя единственное подходящее место для нашего разговора – это тренировочная площадка. Но пойду.
Женщина аккуратно сложила записку и спрятала в карман.
- Помочь встать?
- Сейчас, отдышусь немножко. Видел бы ты, что в зале творится. Пока умные чешут голову и пытаются понять, что, собственно, ты от них хочешь, молодые и оптимистичные рвут на части плащ.
- Зачем?!
- На сувениры. «У меня есть кусок накидки, в которой Вестник появился на балу!» Цирк, клянусь Спящим!
Дружинница запнулась. Прохладный апрельский вечер беспокоил даже ее. А братишка после того, как выложился в лечении, после всех переживаний, стоит здесь в льняной рубахе, которая, конечно, очень традиционна, но абсолютно не греет.
- С тобой все в порядке?
Поймав встревоженный взгляд, Любомир понял, что взволновало сестру. Растерянно улыбнулся.
- Не совсем. Мне никогда еще не было так тепло.

2009-04-25 в 20:14 

Шабаш - это минимум три ведьмы. А две ведьмы - это свара. (с) Терри Пратчетт
Ох, я в восторге!
Какой великолепный рассказ! Как выдержаны характеры.
Спасибо Вам огромное!

2009-04-26 в 01:13 

Рельмо
Работать всласть, но не переутомляться; побольше гулять и путешествовать и, главное, никогда, ни в чем не перечить своей натуре. (с) Пирогов
Хорошо)
Спасибо)

   

Эффект бабочки

главная